В России прокуратурой были тайно реабилитированы десятки сотрудников НКВД, участвовавших в сталинских репрессиях. Такие сомнительные решения выносились в 2012–2013 годах. Об этом «Радио Свобода» сообщил юрист Александр Бусаров, который хитроумным образом получил доступ к соответствующим документам. Чтобы достать материалы о чекистах, Бусаров выдавал себя за фанатичного сталиниста. Сотрудники пр
Подробности
окуратуры видели в нем человека, который восстанавливает добрую память об офицерах сталинских спецслужб. «Я был на личных приемах, разговаривал с военными прокурорами, мы общались в неформальной обстановке. Я говорил им, что хороших чекистов следует отделить от плохих. Диссидента во мне никто не видел», — рассказывает он. Так Бусаров смог получить десятки папок с документами Главной военной прокуратуры, Верховного суда, ФСБ, администрации президента РФ, в том числе с грифами «секретно» и «совершенно секретно». Свой архив Бусаров называет проектом «Немезида» или «засекреченным Нюрнбергским процессом». Изощренный план юриста заключался в том, чтобы юридическая машина путинской России, сама о том не ведая, вынесла приговор чекистской системе. Бусаров собирал сведения о чекистах, которые были репрессированы в 30–50-х годах и остались не реабилитированными. По его замыслу, Главная военная прокуратура должна была повторно рассмотреть их дела и вынести решения о том, что чекисты являются преступниками и реабилитации не подлежат, но только не по вымышленным обвинениям в шпионаже и троцкизме, а за служебные преступления. Когда же Бусаров стал обращаться с заявлениями о пересмотре дел, то начал получать письменные ответы о том, что осужденные сотрудники НКВД, о которых он ходатайствовал, уже реабилитированы. Таких реабилитаций в течение только одного года обнаружилось около тридцати. Бусаров решил идти дальше и стал просить ведомства вернуть реабилитированным государственные награды. После этого Главная военная прокуратура начала частично отменять свои прежние решения. «Это совершенно беспрецедентный случай, — говорит Александр Бусаров. — Такого потока дереабилитаций в истории прокуратуры никогда не было». По его данным, последовали также кадровые решения — многие люди, принимавшие решения о реабилитациях чекистов в 2012 году, покинули военную прокуратуру. Опасаясь разоблачения, Бусаров выехал за границу и вывез все документы. По словам юриста, в данный момент дереабилитировали не всех. Например, оправданными до сих пор остаются сподвижники Берии Степан Мамулов и Степан Шария, а также некоторые другие чекисты.
Полагаю, что в мировой истории не было убийцы, смерть которого оплакивали бы столь многие и столь искренне. Если количество плакавших еще легко объяснить величиной популяции и средствами информации (и тогда Мао, если он, конечно, умрет, займет первое место), то качество этих слез объяснить гораздо труднее. 20 лет назад мне было 13, я учился в школе, и нас всех согнали в актовый зал, велели стать н
Подробности
а колени, и секретарь парторганизации — мужеподобная тетка с колодкой орденов на груди — заломив руки, крикнула нам со сцены: «Плачьте, дети, плачьте! Сталин умер!» — и сама первая запричитала в голос. Мы, делать нечего, зашмыгали носами, а потом мало-помалу и по-настоящему заревели. Зал плакал, президиум плакал, родители плакали, соседи плакали, из радио неслись «МагсЬе funebre» Шопена и что-то из Бетховена. Вообще, кажется, в течение пяти дней по радио ничего, кроме траурной музыки, не передавали. Что до меня, то (тогда — к стыду, сейчас — к гордости) я не плакал, хотя стоял на коленях и шмыгал носом, как все. Скорее всего потому, что незадолго до этого я обнаружил в учебнике немецкого языка, взятом у приятеля, что «вождь» по-немецки — фюрер. Текст так и назывался: «Unser Fuhrer Stalin». Фюрера я оплакивать не мог.
епутат Госдумы Дмитрий Гудков (фракция "Справедливая Россия") внес в нижнюю палату новую версию законопроекта о противодействии оправданию преступлений сталинского режима. Текст документа размещен в думской электронной базе данных. Как пояснил ТАСС Гудков, законопроект касается преступлений сталинизма, официально осужденных российским государством, в частности, упомянутых в законе о реабилитации
Подробности
жертв политических репрессий. При этом, по словам депутата, он не предусматривает запретов на художественные произведения, книги, фильмы, спектакли.
Заместитель председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Константин Добрынин внес в Госдуму законопроект о противодействии реабилитации сталинского тоталитарного режима. В документе, копия которого есть в распоряжении ТАСС, предлагается приравнять информационные материалы, оправдывающие политические репрессии сталинизма, к экстремистским. Законо
Подробности
проектом устанавливаются правовые основы обеспечения недопустимости действий по реабилитации и отрицанию преступлений сталинского тоталитарного режима. В то же время положения документа прямо предусматривают, что "опровержение обвинения политического руководства советского государства в проведении политики геноцида, совершении преступлений против человечества, а равно в осуществлении каких-либо иных действий, не ставших объектом официального государственного осуждения, не является отрицанием преступлений сталинского тоталитарного режима и защищается конституционными нормами о свободе слова и свободе выражения мнения". Среди шагов по противодействию реабилитации преступлений сталинизма в документе, в частности, говорится о признании "информационных материалов, содержащих оправдание необходимости осуществления массовых политических репрессий, депортаций и иных репрессивных мер в отношении народов" экстремистскими, что "влечет за собой запрет их распространения на территории РФ". Кроме того, предлагается ввести запрет "на увековечение памяти о лицах, причастных к преступлениям сталинского тоталитарного режима, при присвоении наименований новым географическим объектам, территориальным единицам, элементам улично-дорожной сети и станциям метрополитена". При этом, "если действующее наименование является исторически первым, то сам по себе факт упоминания в нем о лицах, причастных к осуществлению политики сталинского тоталитарного режима, не является достаточным основанием для изменения наименования", уточняется в документе.
В Москве сегодня состоится заседание инициативной группы по проведению публичного трибунала над Сталиным и сталинизмом. Его участники обсудят и дадут оценку деятельности советского лидера, сообщила глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. "У нас такое впечатление, что сейчас пытаются если не возродить культ Сталина, то оправдать его преступления. Мол, конечно, были жертвы, но
Подробности
он много сделал для страны. Мы считаем, что нужно более широко, чем это удается "Мемориалу", поднять эту тему – о преступлениях Сталина, о его отрицательной роли во всем, что он делал. И у нас есть основания и возможности об этом поговорить шире. Так, чтобы об этом услышали", – сказала Алексеева в эфире "Эха Москвы".
Свои первые подвиги он совершил в 1921 году, приняв сначала активное участие в подавлении Кронштадтского мятежа и в последующих репрессиях против восставших, а затем создав, согласно положениям классической диалектики, из ничего нечто — дело «Петроградской боевой организации» (или «дело Таганцева»). К формированию «Петроградской боевой организации» Агранов приступил в июне 1921 года, а через три м
Подробности
есяца завершил свое так называемое расследование, постепенно увеличив число заключенных в тюрьмах бывшей столицы на 833 человека. Президиум Петроградской губернской ЧК 24 августа вынес постановление о расстреле 61 арестованного по этому делу (в том числе профессора В.Н. Таганцева и его жены, поэта Н.С. Гумилёва и замечательного химика М.М. Тихвинского, проректора Петроградского университета Н.И. Лазаревского и профессора Петроградского технологического института Г.Г. Максимова), а 3 октября приговорил к расстрелу еще 36 человек. В последующие два года Агранов, назначенный особоуполномоченным по важнейшим делам и начальником Особого бюро по делам административной высылки антисоветских элементов и интеллигенции, показал себя не только безукоризненным, но и весьма инициативным исполнителем ленинского требования об изгнании российских интеллектуалов за пределы советской державы — повеления вождя, которое воплотилось в уникальной полицейской операции, нареченной впоследствии «Философским пароходом». С тех пор Агранов старательно и увлеченно истреблял скрытых вероотступников и явных оппозиционеров, но подлинной его страстью было перманентное покарание интеллигенции, за что в 1927 году ему пожаловали орден Красного Знамени. В свою очередь, представители «межклассовой прослойки», хоть и опасались влиятельного чекиста и одновременно профессионального провокатора, — перед ним заискивали и его расположения домогались. Высоко ценимый вождями партии и начальством ее передового отряда меченосцев, этот «замечательный человек», по определению Н.С. Хрущёва, достиг в итоге постов заместителя председателя ОГПУ СССР (20.02.1933), потом первого заместителя наркома внутренних дел СССР (10.07.1934) и получил звание комиссара государственной безопасности 1-го ранга (26.11.1935), что соответствовало воинскому званию генерала армии. Однако сработаться с Н.И. Ежовым, назначенным наркомом внутренних дел СССР 26 сентября 1936 года, первому заместителю кровавого карлика не удалось. Агранова взяли под стражу 20 июля 1937 года, предварительно отправив его на пару месяцев поруководить управлением НКВД Саратовской области. Неутомимому фальсификатору, оставившему свой след чуть ли не в каждом крупном политическом процессе с осени 1919-го по весну 1937 года, инкриминировали по стандарту того времени — измену Родине, шпионаж, терроризм, а заодно подготовку убийства С.М. Кирова. Расстреляли Агранова 1 августа 1938 года. За полвека, промелькнувшего после ХХ съезда КПСС, бесчисленные жертвы Агранова были реабилитированы. Однако ему в реабилитации отказали сначала в 1955 году (из-за «систематических нарушений социалистической законности»), затем в 2001 году. И вот наконец 22 января нынешнего, 2013 года Главная военная прокуратура признала выдвинутые против него обвинения несостоятельными и Агранова реабилитировала, возвысив его тем самым до уровня загубленных им граждан, некогда осужденных по аналогичным обвинениям. Об этой реабилитации стало известно совсем недавно. Таким образом, один из видных организаторов массовых политических репрессий, фактически серийный убийца, мгновенно превратился в невинно пострадавшего, наследникам которого надо бы вернуть его ордена и два знака «Почётный работник ВЧК–ГПУ», а также выплатить, наверное, денежную компенсацию.
Проект десталинизации России, по информации «НГ», скоро получит статус федеральной целевой программы – вместе с госфинансированием. Авторы программы рассказали газете, почему им пришлось отказаться от реализации самого яркого ее требования – суда над тоталитаризмом. По мнению экспертов, публичная государственная оценка сталинских репрессий избавила бы общество от многих споров и разногласий по пов
Подробности
оду «фальсификации» истории, «эффективного» менеджерства Сталина и законодательных инициатив в защиту непонятно от кого роли Красной армии в Отечественной войне. Реализовать программу «Об увековечивании памяти жертв тоталитарного режима и национальном примирении» предложил Дмитрий Медведев в бытность его президентом России. -->>
70 лет назад, 19 апреля 1943 года, Иосиф Сталин вывел армейские Особые отделы из подчинения НКВД и создал на их базе новую спецслужбу — СМЕРШ, поставив во главе ее Виктора Абакумова.
«СМЕРШ» называют и самой эффективной контрразведкой Второй мировой войны, и карательной машиной, а судьба его первого и единственного начальника была невероятной.
Генералы и маршалы помнили избиение во
Подробности
енных, учиненное НКВД в 1937-1938 годах. Чекистский контроль над вооруженными силами вызывал их глухое недовольство. Солдаты и офицеры тоже произносили слово «особист» без симпатии.
По мнению историков, после Сталинградской победы Верховный счел, что можно пойти навстречу этим настроениям.
Отказываться от контроля над армией или передоверять его кому-то он, разумеется, не намеревался. Первый пункт приложения к постановлению Государственного комитета обороны №3222 гласил, что «начальник Главного управления контрразведки СМЕРШ является заместителем народного комиссара обороны, подчинен непосредственно народному комиссару обороны [то есть Сталину] и выполняет только его распоряжения», второй — что управления и отделы СМЕРШ фронтов, армий, корпусов, дивизий, и бригад подчиняются только своим вышестоящим органам.
C апреля по декабрь 1943 года, согласно «Журналу посещений», Абакумов лично докладывал Сталину восемь раз.
Военных контрразведчиков насчитывалось порядка 10 тысяч, из них 646 в центральном аппарате. Все они, кроме нескольких высших руководителей, в том числе Абакумова, носили армейские, а не чекистские звания. Выходцев из Особых отделов в мае 1943 года переаттестовали.
Показательным является название «Смерть шпионам», лично одобренное Сталиным. Вместе с тем, среди обязанностей спецслужбы, изложенных в приложении к постановлению №3222, на втором месте после «борьбы с деятельностью иностранных разведок» значилась «борьба с антисоветскими элементами». Самим контрразведчикам звучный термин очень нравился. Остальные продолжили именовать их «особистами», но вплоть до перестройки на публичное употребление этого слова было наложено табу. Нажать Владимир Высоцкий, исполняя на концертах и под магнитофонную запись знаменитую песню «Тот, который не стрелял», вместо «особист Суэтин» пел «странный тип»: кому надо, поймут.
4 мая 1946 года «СМЕРШ» был снова преобразован в 3-е главное управление МГБ.
Сфера ответственности «СМЕРШа», согласно положению, ограничивалась вооруженными силами и прифронтовой полосой, однако он занимался и другими делами. Виктор Абакумов получил полководческие ордена Суворова 2-й степени за Нажать депортацию чеченцев и ингушей и Кутузова 1-й степени за «очистку тыла» в Польше и Восточной Пруссии.
За два года «СМЕРШ» арестовал около 700 тысяч человек, из которых примерно каждый десятый был расстрелян.
Выносить приговоры своей властью контрразведчики не могли, дела передавались в военные трибуналы.