Радио Свобода получило аудиозапись с коротким рассказом о трехчасовом бое, который произошел вечером 7 февраля в Сирии, в районе города Дейр-эз-Зор. Человек, сделавший ее (изначально запись была отправлена им в виде звукового сообщения одному из друзей), утверждает, что был участником этого столкновения, более того – командовал одним из подразделений. Он согласился подробнее рассказать Радио Свобода о произошедшем в тот день.

– Сколько вам лет? Вы являетесь кадровым военным, наемником? Как бы сами описали свою профессию и послужной список?

– Под 30. Наемник. Учу, стреляю, стараюсь не сдохнуть, получаю деньги.

– Как и когда вы попали в Сирию?

– Скучно на гражданке, плюс много платят.

– Эта ваша первая командировка в эту страну?

– Нет, не первая.
...
– Были ли вы в Донбассе?

– Да, был в 14–15 годах, в качестве инструктора, как и большинство наших, учил местных воевать, хотя когда совсем …… начинался, раз пять и на передовую недели на две выезжали.

– Расскажите о событиях 7 февраля. Как готовилось наступление на завод?

– Дословно: "Видишь воооон там …… (объект)? Едешь туда, валишь 100–200 чуркобесов, докладываешь в штаб".

– Действительно ли Министерство обороны было не в курсе ваших планов?

– Я командир отделения, мне ставят тактическую задачу, и я в душе ….. (не хочу знать), кто из московских ……. (уничижительное обозначение геев) что-то знал.
...
– Вам обещали прикрытие со стороны ПВО?

– Прикрытие ПВО никто не обещал, но у местных ……. (отождествление человека с животным) оно было, пока мы стояли на ПВД (пункт временной дислокации. – Прим. РС), каждый ….. божий день они фоткались с этими ……. (чертовыми) "Иглами".
– Как развивалось ваше наступление? В какой момент что-то пошло не так?

– Как развивалось, так и деградировало. Основная группа сняла пару "секретов", примерно с километра по ним открыли огонь из стрелкового оружия и минометов. Моя группа обходила завод с фланга. …… (кошмар) начался, когда основняк подошел к заводу примерно на 400–500 метров – по ним ……. (ударили) ствольной артиллерией. После обстрела начало темнеть. Так как с ночниками (приборы ночного видения. – Прим. РС) полный …… (кошмар), а штурмовать вслепую желающих не было, приняли решение продолжить штурм. Причем около половины группы "ленточки" (на военном жаргоне – колонны. – Прим. РС) еще только подъезжало к месту боя, они должны были сменить нас, когда мы захватим завод. И тут внезапно ….., прилетели вертушки. Пара ……. (обстреливала) ближайших к заводу, пара отработала ленточку. По итогу машин нет, ……… (стремительно покидать место боя) не на чем, а эти …… в тир с тепловизором играют. Причем подолгу зависали на одном месте: натурально знали, что у нас из ПВО – голый …, и то один на троих.

– Вы знали заранее, что это за завод?

– Что это за завод и чей в душе не … (не знаю), знаю только, что нефтеперерабатывающий.
...
– Вы знали, что с той стороны есть американские военные?

– Нет. Считали, что поедем очередных ……. (отождествление человека с животным) гандошить. Думаю, командование было того же мнения.
...
– Как вы думаете, сможет ли "ЧВК Вагнера" оправиться от понесенных потерь? Ослабеет ли поток желающих воевать в Сирии в качестве наемников?

– Поток желающих ослабеет? Спасибо, поржал. За такие бабки у нас три желающих на место и поток не думает слабеть.

Комментарии

  1. dim_22 19.02.2018 02:04 Permalink Показать / Скрыть

    "Чем мой сын хуже": мать убитого в Сирии бойца ЧВК борется за его признание солдатом
    Гибель десятков россиян в Сирии 7 февраля - не первая трагедия подобного рода. Только в сентябре 2017 года там погибло как минимум 54 бойца частных военных компаний из России. Русская служба Би-би-си выяснила это, изучив историю одного из погибших - Евгения Аликова из поселка Североонежск Архангельской области - и пакет документов, который был привезен его матери после смерти сына. Сейчас жители поселка бьются за то, чтобы легализовать память убитого в Сирии Аликова.

Поддержали новость